Все счастье в мире
Происходит от желания счастья для других.
Все страдание в мире
Происходит от желания счастья для себя.
ШАНТИДЭВА

Просветленный разум

Единство разных религиозных традиций 

1. Дух религиозных традиций

Каждая великая религия мира — Буддизм, христианство, конфуцианство, индуизм, ислам, джайнизм, иудаизм, сикхизм, даосизм, зороастризм — обладают схожими идеалами любви, общей целью — достижение человечности через духовную практику, и общий результат — превращение последователей в лучшие человеческие существа.
Корень основных религий нашего мира — это единый для всех идеал любви.
Будда, Христос, Конфуций, Зороастр — все они учили любви. Индуизм, ислам, джайнизм, иудаизм, сикхизм, даосизм устремлены к одной и той же цели. Все духовные практики способствуют благотворному развитию человечества.
                                    Его Святейшество Далай-Лама.

Люди западной культуры достигли на удивление высокого технического уровня. Они делают машины, позволяющие им с большой скоростью перемещаться по воздуху исследовать глубины морей; удается даже мгновенно видеть все, что происходит в любом уголке мира и за пределами нашей планеты.
Однако Ум ваш, который так близок к вам, остается закрытым для вас! Вы не понимаете, что, в сущности, есть ваш собственный Ум. И это парадоксально, ведь в вашем распоряжении находятся телескопы, совершенные настолько, что в них видны вещи удаленные на множество световых лет, и микроскопы, разрешающая способность которых позволяет разглядеть отдельные атомы, и, тем не менее, ваш Ум, то есть ближайшая к вам часть вашего естества, да к тому же самая главная, остается для вас Неуловимым, неведомым и недосягаемым.

Развитие наук и контроль над материальными условиями существования позволили достичь высокого уровня комфорта и внешнего благополучия. Это превосходно, спору нет; но все эти научно-технические достижения не помогают нашему Уму освобождаться от неведения о самом себе, и в силу этого он обусловлен и удручен страданиями, глубокой неудовлетворенностью и тоской. Чтобы избавиться от этих зол, необходимо открыть в себе и постичь действительную природу нашего собственного Ума.


Постижение нашей истинной природы

Самое существенное — это постичь нашу истинную природу, то, что мы есть на самом деле. Вы знаете много, вы образованы. Попробуйте же применить ваши способности для изучения Ума.

Не стоит полагать, будто это могут осуществить лишь немногие, ведь все мы наделены Умом, у которого одна и та же природа. Мы все подобны друг другу, каждый из нас обладает сознанием своего бытия, своего собственного Я, которое является субъектом всех видов неприятностей и тягот, различных страхов и опасений. Это происходит от незнания сущности нашей природы. Если бы смогли пробудиться и постичь, что мы есть в глубине своей, какова действительная природа нашего духа, то это стало бы для нас самым действенным лекарством и развеяло все наши страдания. В этом суть всех духовных практик.

Все духовные традиции, будь то христианская, индуистская, иудейская, мусульманская, буддийская, учат нас, что самое существенное — это постижение на глубочайшем уровне того, что мы есть; наставления всех духовных традиций озарены и просвещены изнутри этим постижением природы Ума. Если в любой из традиций, кто-то достигал внутреннего постижения Ума, его непосредственного переживания — это всегда становилось прозрением сути и оно несоизмеримо с тем пониманием, что можно было бы иметь до прямого переживания. Знание природы Ума — это ключ, отпирающий двери к постижению всех наставлений. Оно проясняет нам то, что мы есть, природу любого нашего опыта и раскрывает для нас всю подлинную глубину любви и сострадания.

Истинная реализация природы Ума открывает путь для полного постижения Дхармы и всех духовных традиций. Иметь превосходные теоретические познания о дхарме или любой иной традиции и по-настоящему осуществить изначальную природу Ума — вещи глубоко различные. Ибо даже существо, достигшее такого результата вне связи с какой-либо определенной традицией, живя в мире повседневности, в высшей степени благотворно воздействовало бы на свое окружение.

Я особо подчеркиваю, что это остается истинным применительно к любой духовной традиции. Каждая традиция озаряется этим знанием. И это тем более так в Учении Будды, где достижение такого результата составляет суть и цель всех наставлений.


2. Принципиальное единство разных духовных традиций

Все духовные традиции, как буддийские, так и небуддийские, различаются по своим формам, в соответствии с восприимчивостью и способностями существ; но все они прилагают усилия к тому, чтобы направить существа на путь, ведущий к высшим формам существования и к Освобождению! В истоке их всех — деятельность совершенного Пробуждения, и все они, без изъятья, заслуживают нашего доверия.
                                                                                                                                        Кьябдже Калу Ринпоче

Раскрытие природы Ума как праисток всех религиозных традиций

В нашем мире существуют несколько сотен религиозных традиций. В истоке каждой из них лежит деятельность Пробуждения, оно же возникает благодаря полному раскрытию природы духа. Все эти традиции ревностно заботятся о благе существ с их особенными нуждами и возможностями.

Некоторые религиозные традиции позволяют нам обрести рождение в формах существования, непосредственно надстроенных над нашей, земной; другие — в небесных мирах чистых форм. Наконец, есть и такие, что ведут до самого конца, т.е. к высшей духовной реализации. Но, так или иначе, все они обучают практике, необходимой для того, чтобы не пасть ниже человеческого рождения, но обрести высшее состояние. Все духовные традиции дают нам силу и способность к преображению, и именно в этом смысле я доверяю им всем. Мы можем убедиться— и это прекрасно, — что христианство является путем, похожим на буддийский тем, что и в нем важное значение придается вере, состраданию, подношениям, молитве, щедрости и самодисциплине. думаю, что те из них, которые вверяют себя этим наставлениям и уповают на их благо, — счастливые существа, и они смогут придать истинный смысл человеческому существованию, которое обрели.


В Буддизме же, будь то в Японии, Камбодже, Вьетнаме, Таиланде, Бирме, на Шри-Ланке, в Корее, Китае или Тибете, все Учения и любые практики дхармы имеют общую основу, так что люди, практикующие в рамках разных школ, — братья между собою.

В Тибете, в частности, сосуществуют восемь главных линий, хотя на сегодняшний день сохранились только четыре основных. Это Сакья, Гелуг, Нингма и Кагью. В каждой из них, посредством преемственности ученых и достигших йогов, передается незапятнанное слово Будды, и все это — чистое золото. Они передают подлинную и неискаженную дхарму, которая может привести существ к избавлению от круговорота существания и высшей духовной реализации.

Разные духовные традиции дополняют друг друга. Если каждая тибетская традиция и линия преемственности заключает в себе полное и подлинное Учение, то мы можем спросить:

«Тогда почему их так много?» В целом можно сказать, что их разнообразие соответствует различиям в восприимчивости и наклонностях существ. Каждая система существует сама по себе потому, что идет навстречу особенным нуждам и способностям разных людей, у каждого из которых свой душевный склад и привычки.

Лично я был учеником многих наставников, принадлежавших ко всем четырем тибетским традициям, и со всеми у меня сложились превосходные отношении, я исполнился большим доверием к их наставлениям,да и среди моих учеников много последователей лам и монахов из этих четырех тибетских школ. Более того, я бы желал, чтобы те, кто последует моим наставлениям, доверяли бы и другим традициям. Я отношусь к ним непредвзято, ведь каждая из них благотворна для тех, кто чувствует с ней особое сродство, восходящая к былым связям. Все духовные традиции, основываясь на карме, требуют самодисциплины, считая ее средством радикального изменения наших установок и отправной точкой дальнейшего Пути к состоянию Будды. К тому же, в каждой из них есть свои особые сборники наставлений и практических руководств, обобщающих личный опыт основателей этих школ.

В целом можно сказать, что доверие ко всем традициям — это свидетельство глубокого постижения Учения. Тем не менее, непременно нужно ввериться какой-то определенной традиции, именно в ней получить подробные наставления и быть подготовленным к ее главным практикам, а далее было бы верным практиковать в основном согласно этим наставлениям.

Однако, каковы бы ни были школа и лама, от которых мы получаем наставления, исполнимся духом беспристрастности и постараемся посвятить себя практике с полным доверием. В противном же случае, если мы нахватаемся отовсюду фраз и станем толковать некоторые аспекты наставлений слишком узко, делая вид, будто практикуем, мы вряд ли сможем извлечь из практики особую пользу.

3. Дхарма Будды

Только полная дисциплина Ума не приносит вреда,
но будет благотворной — это Учение Будды
                                                           Будда Шакьямуни                          

Две с половиной тысячи лет назад благодаря медитативному опыту Будда Шакьямуни проник в сущность Ума. В непосредственном созерцании он реализовал его глубинную природу и тем самым достиг «Просветления». Таков был его основополагающий опыт. Открыв таким образом, что мы есть в реальности, он изложил свое Учение и открыл путь другим к опыту, который он испытал. Это Учение и называется Дхармой Будды, Учением Будды.

Это практическое Учение, которое наставляет нас, как распознать свою глубинную природу, и освобождает от рабства иллюзий, страстей и помыслов. Оно дает истинное счастье уже в этой жизни, в момент смерти и в последующих существованиях, вплоть до окончательного духовного Просветления, то есть состояния Будды. Это Учение дает всеобъемлющую мудрость и сострадание.


Наука о внутреннем

Коль скоро в Учении Будды речь идет о глубинах нашей внутренней природы, оно называется наукой о внутреннем. Этот традиционный название того, что на Западе называют Буддизмом.

Тибетское выражение, переводимые на западные языки как «Буддизм», звучит как нанг-па санг-гье-пе чхе. два последних слова, санг-гь е-пе чхе, означают «дхарма Будды», или «дхарма Пробуждения». «дхарма» в этом контексте означает «наставление», а слово «Будда» указывает и на первоисточник Учения, то есть — исторического Будду — и на духовное состояние, им достигнутое, то есть — Просветление. Первое слово, нанг-па, означает «внутренний», им подчеркивается то обстоятельство, что это Учение касается не столько тела и внешнего мира, сколько Ума, главное же назначение его в том, чтобы привести Ум к миру, счастью и свободе. Итак, дхарма Будды — это внутренняя наука, наука о внутреннем мире, понимаемая как наука об Уме.

О передаче слова и духа Учения


Все слова Будды были зафиксированы письменно и до сих пор сохраняются в тибетской традиции в составе стовосьми-томного свода под названием Кангьюр, что значит «перевод слова Будды». Кангьюр включает в себя тексты, называемые «сутрами», — это основа двух первых уровней Учения — Хинаяны и Махаяны, а тексты под названием «тантры» служат фундаментом третьего уровня наставлений, Ваджраяны.

В дополнение к Кангьюру, являющемуся главным источником в традиции, имеются многочисленные комментарии и трактаты, составленные ведущими учеными и адептами Буддизма для разъяснения наставлений Будды. Этот свод называется Тенгьюр, что означает «перевод комментариев». В полном варианте в него входило 240 томов, из них сохранилось 215. Кроме Кангьюра и Тенгьюра имеются тмсячи томов творений тибетских ученых и монахов. Это собрание известно как Сунгбум.

Во всех поучениях Будды нам предлагается Путь к Пробуждению, избавлению от иллюзий, неведения и страстей. Эти поучения—лекарство от трех главнейших духовных ядов: алчности, ненависти и неведения, а также и от всех производных эмоций. В своих многочисленных вариациях и сочетаниях эти три главных яда могут тородить до 84 000 вызывающих страдание эмоций.

Учение сутр подразделяется на три собрания: Внная, или дисцитилярный свод, Сутры в собственном смысле слова, т.е. собрание проповедей, и абидхарма, или собрание текстов о реальности. Каждое из этих трех собраний считается противоядием преимущественно от одного из трех основных духовных ядов. Виная, где излагается сам дух дисциплины и ее конкретные правила, служит прежде всего противоядием от 21000 видов желаний. Собрание сутр в собственном смысле слова — это изложение проповедей и наставлений, преподанных Буддой Шакьямуни в разных местах и по разным поводам. Это средство против 21 000 вида ненависти. Собрание текстов Абхидхармы объясняет природу реальности, бытия, мира и отдельных существ; оно, прежде всею, исцеляет от 21000 видов неведения. Поучения тантры (слово «тантра» означает «преемственность») составляют Ваджраяну и [содержат] противоядия от 21000 видов комбинаций всех трех главных духовных ядов.

Изучить все эти, столь различные, наставления было бы трудной задачей, ламы по преемственности передают нам их сущность,— в доступной для понимания форме прямых инструкций. Все знания Будды дошли до нас не только письменно — в виде текстов, но и благодаря их реализации в сознании лам, непрерывной передаче  от Учителя к ученику вплоть до сегодняшнего дня. В одной только преемственности Кагью («традиции практики») за века ее существовало великое множество достигших Просветления, целый океан обретших Высшее Пробуждени. Теперь, как и прежде, есть достигшие полной реализации этого Учения. Различные стороны их учений дошли до наших дней в полной сохранности; они, таким образом они нам доступны, и в теории, и на практике. дело только за нами, Нужно лишь проявить понятливость, мужество, рвение и взяться за практику. Она состоит из двух частей, в которых соответственно рассматривается

— ум как начало и основание всех традиций, и далее — ею преобразования от рождения к рождению;

— различные практические аспекты дхармы, составляющие путь к Освобождению.

Кьябдже Калу Ринпоче 
Просветленный разум.

Канатоходцы времени

























Канатоходцы времени,
Что танцуют на зыбкой грани между сном и явью, 
Балансируют, раскинув руки, на краю разума,
Дышат первобытным страхом, 
Священным трепетом и предвкушением полета. 
Мы смотрим им вслед, когда они бросаются в объятия мира. 
Мы подглядываем за Вечностью в замочные скважины их опыта.
Каждое их слово 
Вспарывает плоть нашей действительности, 
Из каждой открытой раны сочится густая и древняя тайна.
Зачерпни 
И увидишь, как истина струится сквозь пальцы. 
Сделай глоток 
И начнёшь захлёбываться в смыслах. 
Окунись 
И будешь заживо погребён под её тысячелетней тяжестью.
Глядя на них, хочется играть в безумие.
Сойти с ума.
До головокружения вглядываться в густой мрак Внутренней Ночи.
Пить Вино Мертвых до тех пор, пока на губах не выступит пена откровения.

Фантазия и реальность


   Восшествие на престол
Один

Родители очень добры,
Но слишком я молод, чтобы оценить это.
Прекрасны горные вершины и долины,
Но велико мое невежество: я никогда не видел равнин.

Два

Стремясь дать пищу уму,
Оттачивая интеллект, как наконечник копья,
Открыл я вечных родителей,
Которых никогда не забуду.

Три

Не подверженный ничьим влияниям,
Я проявляю свою первобытную природу
И принимаю образ жизни юного принца.
Все это благодаря истинному отцу — гуру.

Четыре

Я занят трудом для других.
Праджня, проникающая сквозь все препятствия,
Сделала принца старым, мудрым
И не знающим страха.

Пять

В одежде из облаков,
Окруженный звездами,
Я танцую в пространстве,
Питаюсь солнцем и держу в руках луну.

Шесть

Прекрасно и величественно нагое дитя.
Красный цветок расцветает в небе.
Забавно смотреть, как бесформенный танцор
Пляшет в такт трубе без трубача.

Семь

Во дворце из красного рубина
Прислушиваюсь к звучанию самого первого слога.
Радостно наблюдать пляску иллюзий —
Обольстительных дев явлений.

Восемь

Воин без меча
Верхом на радуге
Слышит безграничный смех трансцендентной радости.
Змеиный яд превратился в амриту.

Девять

Пью огонь, облекаюсь в воду,
Держу скипетр ветра,
Дышу землей.
Я — владыка трех миров.


Чогъям Трунгпа Ринпоче
Миф Свободы и путь медитации

Учение для Женщин о Достижении Просветления


Падмасамбхава: Учение для Женщин о Достижении Просветления без Отказа от Ежедневной Активности. 


Великий мастер Падмасамбхава (Гуру Ринпоче) без омрачения пребыванием в утробе был рождён волшебным образом из цветка лотоса.
Могущественный правитель Тибета пригласил его в Страну Снегов. После того, как были укрощены земли для будущего монастыря Самье, Гуру остановился на Горном Можжевеловом Перевале Хрустальных Жемчужин. Однажды его посетили семь экстраординарных женщин – Леди Цогьял из Карчена, Леди Брильянтовое Озеро из Шелкара, Леди Безупречное Служение из Чокро, Леди Матингма из Дро, Леди Драгоценный Крест из Маргонга, Леди Сияющий Свет из Чим и Леди Мати из Руянга. Они поднесли большую золотую мандалу с цветами из бирюзы, символизирующие семь драгоценностей вселенского монарха.
После того, как они приготовили ритуальное пиршество с рисовым вином и изысканными кушаньями, они стали просить Гуру: Великий Мастер, пожалуйста, услышь нас! Раздели с нами своё безупречное физическое присутствие, свою нерождённую речь, и ум, что за пределами всех концептуальных нагромождений.
Леди Цогьял, Принцесса Карчена, обратилась к Лотосорожденному:
Пожалуйста, даруй нам поучение о том, как достичь Пробуждения за одну эту жизнь, в этом женском теле, для женщины, которая как я, - не очень умна, недалека, необразованна и ограниченна. Пожалуйста, даруй учение, которое легко понять и запомнить, и которое легко осознать и реализовать на практике.
Гуру ответил: Принцесса Карчена, слушай внимательно. Истинная природа Дхарматы – не объект, за который может ухватиться ум. Её нельзя измерить и нельзя отнести к какой-то категории. Эту природу вообще нельзя никак идентифицировать и поэтому нет никакой нужды пытаться анализировать её с помощью интеллекта. Это просто дело познания ума, - он таков с безначальных времён, для этого познания не нужен интеллект. Забудь о том, чтобы понимать с помощью интеллекта, просто покойся [в осознавании].
Эта истинная природа – за пределами владений интеллекта. Так как это сама чистота, невозникающая и естественным образом присутствующая, нет никакой нужды её культивировать в себе с усилием. Она переживается просто в естественном присутствии; поэтому нет никакой нужды ни что-то удерживать в уме, ни быть сообразительной. Предоставь интеллекту быть самому по себе.
Ум равностности не широк и не узок. Ум Будды и ум живого существа происходят из единой основы, - просветлённого ума. Он стал просветлённым после реализации этого факта, в то время как не осознающий это ум блуждает в самсаре. Проявление этого ума, что побеждает все концептуальные конструкции - сияющий ясный свет, сияющая пустота, не сделанная не из ничего; ничем не ограниченное, ясное присутствие – это и есть ум Будды. Нет ничего другого, что следует реализовать кроме этого, решение этого вопроса и будет реализацией.
Природа Дхарматы не была ухвачена названиями или текстами, и поэтому превосходит любые ограничения концептуальных конструкций. У этого учения нет ни письменного языка, ни текста. Нет никаких сложных деталей для различения. Когда ты это поймёшь, станет ясно, что необразованность или ограниченность не имеют значения, - для реализации не нужно обширное глубокое изучение.
Именно в этой реализации следует покоиться. Это также и величайшая древняя линия. Всё это решает и весь вопрос изучения и размышления. И это также то, что поможет тебе достичь Просветления уже в этой жизни ещё до того, как ты покинешь тело. Поэтому, практикуй это.
Тем не менее, вы, женщины, не понимаете этого, когда это объясняется; вы не видите этого, когда это показывается; вы не слышите этого, когда об этом учится, и не можете хранить секреты, тем не менее, постоянно прося больше поучений. Несмотря на то, что Дхармы нет в вашем сердце, вы важничаете, как будто она всё же есть. Это поучение для женщин едва ли принесёт пользу, поэтому не обманывайте себя, но посвятите практике всё своё внимание.

Затем к Гуру обратилась Леди Брильянтовое Озеро из Шелкара: Великий Мастер, услышь меня! Я прошу поучений для женщины, как я, - со слабым самоконтролем, для той, что не может практиковать с усердием. Я прошу даровать мне поучение о достижении Пробуждения даже обладая леностью.
Мастер обратился к ней с такими словами: Леди из Шелкара, слушай внимательно. Природа Дхарматы естественным образом существует в твоём уме, поэтому в лености нет ничего особо страшного.
Что такое истинная природа Дхарматы? Это ничем не ограниченная ясная пробуждённость, присутствующая естественным образом. Её не надо искать где-то ещё. Когда ты распознаёшь этот ум равностности, самосущий и неприрывающийся (unceasing), в лености нет ничего страшного. Так как любой тип восприятия возникает как выражение этой естественной пробуждённости ума, то не имеет значения какое движение проявляется, - оно всё равно возникает и растворяется в природе Дхарматы; так что исходная пробуждённость непрерывна.
Эту сущность ума, которую надо реализовать, — не нечто, что нужно культивировать или достигать, поэтому в лености нет ничего страшного. В этой природе Дхарматы нет совсем ничего, что надо культивировать или достигать; она уже в твоём распоряжении изначально. Любой вид активности или усилий связывает тебя канатом амбиций. Нет никакого другого результата, который надо было бы достичь с усилиями или стремлением. Позволь своему уму равностности просто расслабиться без поддержки в реализованном состоянии Дхарматы.
Если ты можешь испытывать леность после постижения этой природы, - это само по себе просветлённое состояние Будды. У тебя исчезнет страх перед дальнейшими рождениями в самсаре.
Но, тем не менее, женщина, подобная тебе, не может отпустить и не может покоиться. Вы постоянно строите тщательные планы для пустых дел и даже ни на секунду не думаете о практике Дхармы, что так важна. Когда вы отправляетесь взглянуть в суть ума, вы не способны взглянуть в неё даже на секунду; вместо этого вы без устали заботитесь о своём облике, что совсем не имеет важности.
Не обретя силы в практике медитации, вы больше делаете акцент на бессмысленной болтовне, непрерывно текущей, как слюни старой коровы.
Я не видел какого-то успеха, обучая таких женщин. Если ты хочешь упорно продолжатьпрактиковать Дхарму — делай это.

Тантризм в контексте мистического опыта просветления


В истории религии мистико-эзотерические традиции занимают особое место, так как являются внутренним содержанием религии, выражением ее сути. Они направлены на непосредственное познание и соединение с Абсолютом, что качественно преображает человеческую личность!
Вместе с тем, возникает целый ряд вопросов, которые могут стать объектом исследования. Прежде всего, каждая религия предлагает свой путь достижения мистического состояния, и по-разному рассматривает такие проблемы, как сущность Абсолюта и бытия, место человека в мире, основную цель мистической практики, практические пути и основные способы единения с Абсолютом. Среди современных научных публикаций нет таких, которые были бы посвящены проблеме типологизации мистических традиций, а также выявлению их общих и особенных характеристик.
Темой статьи является исследование особенностей тантрического мистицизма, что дает возможность осуществить его сравнительную характеристику с другими типами мистицизма. К данной теме обращались в своих работах А.Авалон, С.Булгаков, Н.Гафурова, Д.Голмен, Рам Дасс, А.Сафронов, Е.Торчинов [1],[3],[4],[5],[6-7],[8],[9]. Однако, сравнительную характеристику тантризма с другими мистическими учениями указанные авторы осуществляли под углом симпатий или к восточному или к западному типу мистицизма.
Справедливо замечание С.Н.Булгакова, что «религиозная философия не знает более фундаментальной проблемы, чем смысл божественного Ничто». Формирование типов мистического опыта зависит от того, каким мы представляем себе Абсолют. Первый тип связан с представлением о трансцендентном Абсолюте, которого воспринимают надбытийным Богом-Творцом всего сущего. А второй тип полагает Абсолют тождественным, имманентным миру и человеку [3,с.22,130]. Согласно классификации Е.Торчинова, первый тип относится к «религиям откровения», а второй – к «религиям чистого опыта». Последний тип подразумевает, что просветление достигается исключительно путем трансперсонального опыта как результата определенной психотехнической практики [9,Введение,4].
К данному мистическому типу относится индийский тантризм, существующий как в индуистской, так и сильно отличающейся от нее буддийской форме. Возникновение первой формы связано с философией веданты. Веданта породила концепцию существования высшего объективного начала, безличного духовного Абсолюта-Брахмана, а также тождественного ему по сути субъективного начала, индивидуального «я» (Атмана). Он противопоставляется Брахману как высшей объективной реальности, и в то же самое время является имманентным ему, поскольку Брахман осознает себя как Атман. В этом акте самосознания и самопознания реализуется универсальность Брахмана.
Достижение состояния «просветления» в индуизме возможно лишь путем имманентного слияния Атмана с Абсолютом. Было разработано несколько вариантов «йоги», то есть «соединения» с Абсолютом, среди которых наиболее распространенными являются путь гностического знания (джняна-йога), путь психического самоконтроля (раджа-йога), путь преданности, любви и веры (бхакти-йога), путь тела (хатха-йога), путь действия (карма-йога).
Веданта предполагает два варианта решения проблемы возникновения материального мира. Первый рассматривает эмпирический мир как майю, иллюзию, которая исчезает при условии устранения незнания об истинной реальности Брахмана-Атмана. Второй вариант предполагает, что мир возникает в результате эманации Абсолюта, то есть рождается из него самого. Тем самым допускается наличие в Брахмане творческой потенции производить множество объектов. В рамках этого направления веданты возникает и развивается индуистский тантризм, известный также как шактизм (шакти – сила, энергия; творческая сила божества). Буквальный перевод слова «тантра» – это «нить, на которую нечто нанизано». Поэтому «тантрой» в Индии часто называют текст, служащий основой, стержнем некоторой традиции.
В отличие от бхакти-йоги, преимущественно связанной с вишнуизмом, тантризм развивался в рамках шиваизма. Шиваистская концепция Абсолюта ближе к философии адвайта-веданты, однако определенным образом отличается от нее [9,11,2,4].
Согласно шиваистской теологии есть единый Бог, непроявленный Абсолют-Брахман, лишенный всех атрибутов. Он почитается как творец, вседержитель и разрушитель всех миров. Вместе с тем, чтобы создать вселенную, и, таким образом, стать проявленным Абсолютом, Брахман нуждается в некой творческой силе-энергии. В противном случае Он оказался бы сам вовлеченным в сансару в качестве субъекта кармы.
По-этому шиваизм вводит понятие божественной силы-энергии (Шакти), посредством которой Абсолют проявляет Себя, и Которая пропитывает и поддерживает Собой весь мир, как масло – семя сезама. Это первичная, или, так называемая, «материальная причина», заключающаяся в равновесии триады гун или качеств – саттвы (мудрость), раджаса (активность) и тамаса (инертность).
Действительно, Брахман порождает и Свою Силу-Шакти и все мироздание, в чем проявляется имманентность этой религии. Однако утверждение, что «Шакти существует в Брахмане», есть не более, чем оборот речи, так как Абсолют и Шакти в действительности суть Одно, и Шакти существует вечно.
Таким образом, первоначально существовал только единый непроявленный Брахман. «Вначале было Одно. Оно пожелало и стало множеством: «Да стану я множеством». В таком проявлении Шакти Брахман известен как низший, или проявленный Абсолют, который обладает атрибутами. Его формой является вся вселенная и все предметы и существа в ней.
От проявленного Брахмана исходит нада (Шива-Шакти как «Слово» или «Звук»), а из нады рождается бинду, которое символически изображают в виде горошине, под окружающей ее наружной оболочкой содержащей поделенное семя. Если бинду является нераздельным единством Шивы и Шакти – духа и материи, то далее путем поляризации этих двух сил происходит творение. Дуальные принципы Шивы и Шакти пронизывают всю вселенную, однако остается нада, как связь этих двух начал [1,с.23-27].
Шива имеет другие имена – Шамбху, Садашива, Шанкара, Махешвара и пр. Все они отражают частные состояния, качества и проявления Единого при его нисхождении во множественность.
Шакти отождествляется с материей (пракрити) и олицетворяется в виде богини – супруги Шивы, почитаемой под именами Кали, Дурги, Умы, Парвати. Ее же именуют просто Богиней (Дэви), почитаемой в качестве Великой Матери. В отличие от Шивы, Шакти полна активности, однако проявлять ее она может только в присутствии своего божественного супруга.

Шива без шакти абсолютно пассивен и бездеятелен, и только при соединении с ней способен к творчеству. В тексте шиваистской традиции «Анандалахари» («Волна блаженства») говорится: «Сам Шива имеет силу созидать только в соединении с Шакти. Без нее он не может даже пошевелиться». А в «Дэви-Бхагавата Пурава» утверждается, что «даже Шива без Кундалини-Шакти становится Шава (подобным трупу)» [2,с.124].
Тантрические тексты имеют форму диалогов между Шивой и Шакти, в которых Шива играет роль учителя, а Шакти его старательной ученицы. Однако Шакти спрашивает не потому, что «не знает», а потому что поддерживает со своим Супругом божественную игру сознания (лилу). Шива и Шакти, слившись в любовных объятиях, наслаждаются взаимным общением, своей любовной игрой идеальных учителя и ученицы, демонстрируют идеальный процесс обучения.
По мнению тантризма, невозможно познать Абсолют как истинную Реальность, если не стать с Ним единым целым. Только Бог может знать Бога и владеть всей полнотой знания. В этом утверждении основа тантрического имманентного мистицизма. Поэтому, чтобы познать Абсолют, необходимо отказаться от «себя», полностью отдаться Ему и довериться Его Силе-Шакти. Именно во время этой лилы познается истина (таттва), которая спасает и приносит Великое Освобождение (маханирвану).
Как видим, Абсолют в тантризме представлен противоречивым, антиномичным, провозглашается одновременно тождественность и нетождественность Абсолюта и Его Силы.
Тантризм воспевает Шакти, являясь в полной мере мистической религией Матери-Материи: «Поистине счастливы те, кто поклоняется Тебе, волне сознания и блаженства, чья обитель – то ложе, на котором пребывает Парамашива» [Там же,с.128]. Вместе с тем, Шакти это «архетипическая Мать» – милосердная богиня с улыбкой на лице и благообразной внешностью, и, в то же время, это страшное кровожадное чудовище, требующее кровавых жертв, с окровавленными губами, жуткими клыками, ожерельем из черепов, пожи­рающее человеческую фигуру [9,11,2,4]. «Вся вселенная, все ее формы, всякая форма есть Мать. Все вы -часть Матери. У Материи много ликов. Дева Мария, Дурга, Лакшми, Кали. Одни гневливы, другие нежны».
Тантризм призывает принять все аспекты реальности, полюбить их, проповедуя, таким образом, принципиальный холизм как целостное восприятие мира. Человек может развиваться, если питается энергией вселенной во всех ее формах: «Я вскармливаюсь Матерью …Мать – это шакти, сок, вибрация, энергия вселенной. Я расту внутренне со все большим и большим питанием. Я должен пожрать Мать. Я пожираю все. Я пожираю насилие, красоту. Я даже должен поглотить Кали, а равно и красоту мира» [6,с.237-238].
Человеческое тело рассматривается в тантризме как микрокосм, совершенно изоморфный макрокосму, а, следовательно, в нем присутствуют и Шива и Шакти. Считается, что вечный дух Шивы, Атман, локализуется в голове, точнее в макушечной части черепа. Шакти отождествляется с энергией, которая «спит» в основании позвоночника человека и подобна змее, свернутой в спираль трех с половиной колец. Эта «змеиная сила», называемая кундалини («свернувшаяся в кольца»), является, по выражению Д. Голмена, «гигантским резервуаром духовной энергии», расположенным в основании позвоночника [5,с.101].
У непросветленного человека, находящегося во власти иллюзии и незнания (авидья), Шива и Шакти разделены. Шакти остается скрытой и как бы дремлющей, ожидающей пробуждения.
Она покоится до тех пор, пока что-нибудь – духовные практики или какое-нибудь событие – не пробудит ее, и не заставят «развернуться» в полную силу. Тогда энергия поднимется по центральному энергетическому каналу сушумна, расположенному вдоль позвоночника, последовательно проходя семь чакр. У человека имеются также двабоковых канала – ида и пингала. У непросветленного человека энергия трех каналов разрознена, также как и энергия низших и высших чакр. Поэтому основной задачей мистической практики является гармонизация всей энергии организма.
Чакры не являются обычными физическими объектами. Скорее, как указывает Рам Дасс, это явления астрального плана [7,с.366]. Каждая чакра («колесо») или падма («лотос») – это некий психофизический центр, являющийся средоточием и резервуаром психической энергии (прана) и играющий очень важную роль в обеспечении психофизиологических функций организма. У каждой чакры строго фиксированное число «лепестков» или «спиц», указывающих на скорость ее вращения.
Существуют два вида индуистского тантризма. Первый, дравидийский тамильский шиваизм, признает определенные различия между индивидуальным «я» и Абсолютом, тогда как кашмирский шиваизм опирается в этом вопросе на позицию адвайта-веданты. Таким образом, утверждается полная имманентность Шивы-Пуруши и Атмана, локализованного в верхней чакре. Считается, что достичь ее можно путем воссоединения Шивы и Шакти, которое достигается подъемом кундалини в высшую чакру (сахасрара), когда индивидуальный дух осознаети переживает свою тождественность абсолютному духу Шивы.
Тантризм необыкновенно разнообразен в основных методах достижения мокши. Среди них такие как активизация чакр с целью пробуждения кундалини и подъёма ее по сушумне в тысячелепестковый лотос; традиционные приемы созерцания (дхьяна); дыхательные упражнения (пранаяма); визуализация мантрических букв на «лепестках» «лотосов»; сексуальная практика. В обыденном сознании именно последний метод ассоциируется со словом «тантра», хотя сексуальная практика не была главным и даже общепризнанным методом этой йоги.
Первоначально сугубо символический образ «ложа», на котором пребывает пара «вечных любовников», Парамашива и Парамашакти, имел значение союза духа и материи. Истоки эротического символизма Тантр – в известной легенде о любви йогина Шивы и Парвати, дочери Гималайских гор, от чего ее часто называют «дочерью снегов». Действие этой легенды разворачивается в мифологическом пространстве «рая Шивы»: здесь, среди трав и цветов и происходили между ними те диалоги, которые легли в основу тантрических текстов. Поскольку эта райская долина среди гор – только мечта и миф, то вовсе не обязательно отправляться в Кашмир, чтобы достичь «рая Шивы». Тантры учат, что каждый может найти его в себе, на вершине позвоночного столба, в сахасраре [2,с.126].
В дальнейшем брачный союз Шивы и Шакти получил истолкование в смысле уже буквального, а не аллегорического эротизма. Тантрическая сексуальная практика, носящая название Майтхуна, является очень мощным средством пробуждения шакти через ритуальные, контролируемые половые сношения, предполагающие отождествление партнеров с Шивой и шакти, сопровождаемые пением мантр, визуализацией чакр.
Сексуальный акт приобретает сакральное значение, потому что повторяет космический акт первичной божественной пары. Семя приносится на алтарь женского лона [8,с.151]. В основе этой практики лежит уверенность, что энергия половой любви – кама путем йогических упражнений может перейти в духовную любовь – према.
Вместе с тем восприятие духовной любви в тантризме весьма своеобразно. Во-первых, оно лишено чувственной эмоциональности, как в индийской бхакти-йоге, и скорее является формой познания, чем одним из выражений человеческой сферы чувств.
Во-вторых, партнеры в тантрическом сексе персонифицируют собой божественные личности Шакти и Шивы, что практически уничтожает их собственные личности. Воспитывается некое всеобщее чувство любви, а не любовь к конкретной человеческой личности, поскольку в восточной культуре отсутствует понятие о личности как таковой.
По мнению Д. Голмена, «сущность тантрической практики состоит в использовании чувств с целью превзойти чувственное сознание в самадхи» [5, с.102]. Однако в некоторых направлениях неоиндуизма предпринимается попытка синтезировать тантрическое представление о любви с традицией бхакти-йоги (например, в учении Шри Ошо Раджниша).
Второй формой индийского тантризма является буддийский тантризм, который формируется в последний период развития буддизма с середины I тыс. н.э. Сами же последователи тантризма предпочитают называть свое учение ваджраяной, противопоставляя ее не махаяне, частью которой ваджраяна является, а классическому махаянскому пути постепенного совершенствования.
Ваджраяна предлагает обрести состояние будды мгновенно, не через несколько воплощений, а в этой самой жизни, «в одном теле». Но этот путь является и самым опасным, поэтому тантрические тексты считались сокровенными, а начало практики в системе ваджраяны предполагало получение специального посвящения и наставлений учителя, роль которого в тантрическом буддизме особенно велика. В силу своей сокровенности ваджраяну также называют Колесницей тайной тантры или просто тайным учением.
Так же как махаяна, ваджраяна поддерживает тезис «сансара и нирвана одно», что подразумевает недвойственность, тождественность тела и сознания. Сансара и нирвана – не что иное, как два разных состояния одного и того же сознания, следовательно, просветления можно достичь путем постижения природы сознания как такового. Таким образом, формируется установка на холичное восприятие мира. Отсюда естественно следует стремление тантрического йогина работать не просто с сознанием, но с психофизическим целым организма.
Классические махаяна и хинаяна работают, прежде всего, с сознанием, с тонким и поверхностным слоем психики человека, тесно связанным с типом и уровнем цивилизационного развития общества, а потом только постепенно просветляются пласты подсознания.
Ваджраяна, напротив, как замечает Е.Торчинов, «прямо начинала работать с мрачными пучинами подсознательного и бессознательного, используя его безумные сюрреалистические образы для быстрого выкорчевывания самих корней аффектов», и затем только приходила очередь сознания, преображающегося вслед за очищением темных глубин подсознательного [9,11,3,7].
Для этого ваджраяна разработала весьма оригинальный метод.
Учитель выяснял базовый для психики ученика аффект или привязанность (клеш), а далее ученик должен был медитировать над ним до тех пор, пока данный аффект полностью не изживался. Для эффективности этой медитации каждой клеши присваивался образ какого-то божества. Традиционные и новые индийские божества были трансформированы в архетипические символы того или другого аспекта сознания. Они могли быть двух видов: образы бессознательных или высших состояний сознания (тибетское «йидам»). Последние считались покровительствующими божествами.
Медитация над образом длилась до момента полного слияния, или отождествления с ним, после чего практикующему предлагался следующий образ, соответствующий более высокому уровню сознания. Визуализация должна была быть настолько сильной, чтобы йогин научился представлять того или иного будду или бодхисаттву не просто как некую картинку, а как живого человека, с которым можно было даже беседовать.
Таким образом, важной особенностью мистической практики ваджраяны является, во-первых, имманентность абсолютного и индивидуального сознания, а, во-вторых, принципиальный холизм. Ваджраяна учит, что аффекты должны не подавляться и уничтожаться, а осознаваться и трансформироваться в просветленное сознание, подобно тому, как в процессе алхимической трансмутации алхимик превращает железо и свинец в золото и серебро. Тантрический йогин оказывается алхимиком, исцеляющим свою психику.
Холизм ваджраяны нашел свое отражение в работе йогина с психофизическими и энергетическими структурами тела. Также признается, что тело человека на тонком, энергетическом уровне наделено особыми каналами (нади), по которым циркулирует энергия-прана.
Три основных канала в буддийской тантре называются авадхути (аналогичен индуистской сушумне), лалана и расана, символизирующие сострадание и премудрость (ида и пингала индуистской тантры).
Особенностью практики является использование трех чакр, соотносимых с тремя телами будды, а также с мыслью, речью и телом Будд: тело – верхняя мозговая чакра; речь – горловая чакра; мысль – сердечная чакра. Интересно, что в отличие от индуизма высшее состояние ассоциируется здесь не с головной чакрой, а с сердечной чакрой.
Е.Торчинов проводит параллель между тантрической методикой пробуждения сердечной чакры и «умной молитвой» византийских исихастов, произносимой в сердце [Там же]. С нашей точки зрения, это сравнение весьма условное и может быть отнесено только к внешней стороне мистической практики, поскольку само восприятие любви в этих двух мистических направлениях существенно отлично.
Для христианского исихаста источником любви является трансцендентно-имманентный Абсолют, и «стяжание» божественной любви возможно только путем синергии и благодати, то есть совместными усилиями Бога и человека. Для тантриста любовь является атрибутом просветленного сознания, достичь которого человек способен своими силами, без помощи внешнего Абсолюта.
Многих удивляют образы, использующиеся в буддийском тантризме: божества с оскаленными клыками, чаши из черепов, призывы убивать родителей и учителей, совершать акты самого чудовищного кровосмешения, есть не только мясо животных, но и предаваться каннибализму, а также совершать подношения Будде мясом, кровью и нечистотами.
С точки зрения Е.Торчинова, все тантрические тексты семиотичны и вовсе не рассчитаны на дословное понимание, чтобы уберечь учение от профанов. Тогда требование убить родителей может означать искоренение клеш и дуалистического видения реальности, служащих как бы родителями для сансарического существа. А воинственные атрибуты божеств демонстрируют готовность уничтожить все пороки и страсти [Там же].
Наиболее распространенными методами ваджраяны являются практика чтения мантр, техника визуализации божеств и сексуальная практика. Последняя также отличается символизмом.
Если в индуизме брак Шивы и Шакти являлся символом союза духа и материи, то для ваджраяны сексуальное соитие двух божеств выражает интеграцию метода сострадания (каруна) и премудрости (праджня), благодаря которым реализуется пробуждение (бодхи). Согласно тантрической традиции сострадание было соотнесено с мужским, активным началом, а мудрость – с женским, пассивным. Однако если в шиваизме женское начало – шакти является активной энергией, то в буддизме праджня по своей природе пассивна.
Таким образом, индийский тантризм, как в своей индуистской, так и буддийской формах является имманентным мистическим направлением, которое утверждает тождественность индивидуального и абсолютного духовного начал.
Он также относится к холическому мистицизму, который призывает к приятию материального бытия во всех его аспектах.
В качестве основных методов просветления в тантризме используется медитация (созерцание Абсолюта) и разнообразные виды йоги тела (пранаяма, асана, сексуальная йога).
Практически не используется в данной форме мистического опыта такой метод как бхакти, чувственно-эмоциональное служение Абсолюту путем любви и веры.


Жиртуева Н.С. «Тантризм в контексте теории мистического опыта просветления»


Источники и литература
1)    Авалон А. Введение в маханирвану тантру. – М.: Стар-клайт, 2002. – 149 с.
2)    Анандалахари (Волна блаженства). // Путь Шивы. Антология древнеиндийских классических текстов. -К.: Б.: И.: Общество ведической культуры, 1994. – С. 124 – 134.
3)    Булгаков С.Н. Свет невечерний: созерцания и умозрения. – М.: Республика, 1994. – 415 с.
4)    Гафурова Н. Б. Кабир и его время; бхакти Кабира и его поэзия. // Кабир. Золотые строфы. – М.: Ната-лис; Рипол Классик, 2004. – С. 7 – 194.
5)    Голмен Д. Многообразие медитативного опыта. От Каббалы до трансмедитации. – К.: «София», 1993. -137 с.
6)    Джон Лилли, Рам Дасс. Центр циклона. Зерно на мельницу. – К.: «София», 1993. – 320 с.
7)    Рам Дасс. Пути к Богу. – - М.: «София», 2005. – 400 с.
8)    Сафронов А.Г. Религиозные психопрактики в истории культуры. – Х.: ХГАК, 2004. – 304 с.
9)    Торчинов Е.А. Религии мира: опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния

Женщины и просветление

Свами Вивекананда, донесший до Запада учение Веданты, однажды писал: "У мира нет никакого шанса на благоденствие до тех пор, пока положение женщины не станет лучше. Птица с одним крылом не может летать".

В то время, когда эволюция человечества вступает в новую фазу, для которой характерно превосхождение границ Эго и признание единства всей жизни, представляется необходимым обратиться к тому, в чем в это время перемен испытывается большая потребность. Я подразумеваю относительный недостаток в существующей литературе примеров, полезных для женщин, вступающих в духовную жизнь. Когда я просматривал религиозную литературу, посвященную библейской истории, чтобы найти материал для этой книги, я был опечален, увидев ту степень, в которой женщин держат "вне храма". Духовно устремленные женщины могут найти очень мало примеров женщин, которые служили бы им образцом, – неважно, из числа наших современниц или исторических персонажей. Подобным образом и духовная литература обращается к женщинам гораздо реже, чем к мужчинам.

Разумеется, освобождение традиционно признается как нечто безусловно общечеловеческое, а затем уже мужское или женское. Это напоминает миф о жизни до Падения в дуализм и в сексуальность и то, как это, вероятно, будет с приходом новой эпохи, когда андрогинное человеческое существо совместит в себе психологию и мужчины, и женщины. Это будет полнота и сплав в индивидуальном сознании лучших черт, традиционно рассматриваемых как мужские и как женские. Подлинно духовная литература признает это и выходит за пределы разделенности по признаку пола; она доносит правду в одинаковой степени как для мужских, так и для женских сердец и умов, побуждая к освобождению от всех частных отождествлений и от привязанности к тому, что не соотносится с абсолютным. Упор здесь делается на Бога, а не на половые различия; на дух, а не на роли, обусловленные полом.

Хотя равноправие полов уже издавна отстаивается и поддерживается отдельными индивидами – Иисус и Будда были двумя из немногих таких индивидов, – очевидно, что на практике это еще не было достигнуто. Поэтому в определенном смысле это новая идея, или, по крайней мере, идеал, время для осуществления которого наконец пришло. Я не знаю ни одного общества до нашего времени, в котором мужчина и женщина рассматривали бы друг друга как психологически и культурально равных. Во всех обществах преобладал либо патриархат, либо матриархат. И последние три тысячи лет в целом были эпохой Мужчины, эпохой патриархата. До этого же на человеческие дела оказывала влияние религия Великой Матери, – пусть даже эти дела были, в основном, локальными и родовыми.


С тех пор как эпоху жриц сменила эпоха жрецов (неважно по каким причинам) – я думаю, что лучше всего это объясняет Кен Уилбер в своей книге "Вверх из Рая", – женщины занимают последнее место в социальной и духовной жизни. Были, правда, исключения, как индивидуальные так и культуральные. Но основной импульс человеческого развития вынес на передний план именно мужчину, и духовно устремленным женщинам достались второстепенные, обслуживающие роли. Этот статус второстепенности был повергнут небольшим количеством отважных и стойких женщин – искательниц Бога, которым чаще всего приходилось выходить за пределы установленных религиозных институтов в своей жажде духовного роста и понимания высшей реальности.

С утверждением патриархального общества в масштабах всей Земли, вся запечатленная история становится в основном мужской историей – и поэтому она приобрела тенденцию к игнорированию целой половины человеческой популяции! Для женщин стали недоступны как посты, облеченные властью, так и возможности для духовного раскрытия – по крайней мере, женщины не поддерживались в этом социальными институтами с мужской ориентацией и с преобладанием мужчин. Как только женщины были отстранены от власти в религиозных организациях, они сразу же были исключены из истории этих организаций. Поэтому история, запечатленная на бумаге, не предлагает нам почти ни одной женской фигуры как образца духовного или просветленного учителя, и практически нет духовной литературы, написанной женщиной и для женщин. Это должно вести к односторонности и слепоте современного общества, поскольку *грехи" и невежество отцов отражаются на их сыновьях и дочерях. Недостаток очевидного не является очевидностью недостатка. Если история, запечатленная на бумаге, отличается от живой истории, то в религиозных и священных традициях можно обнаружить существование малоизвестных примеров женщин, достигших освобождения. Поэтому сегодня женщины не должны ошибочно полагать, что они неполноценны и нуждаются в посреднике-мужчине (священнике, учителе или образце для подражания) на своем пути к Богу. Но это, конечно, не значит, что женщины должны заведомо отвергать мужчину как возможного учителя либо как потенциальный образец в своей духовной жизни; это значит только то, что мужчина не является неизбежно необходимым и что существуют и другие источники, женские. Не стоит забывать и то, что освобождение не устраняет различия, оно устраняет неравенство.

Этот небольшой обзор предназначается в первую очередь для духовно устремленных женщин, которые не хотят отрицать своей женственности, но хотят осуществить ее на духовном пути. И хотя освобождение выводит за пределы всех ролей, обусловленных полом, но, тем не менее, для ищущих Бога женщин правильнее было бы в своей жизни следовать образцам просветленных женщин, пока по мере роста не отпадет потребность в следовании вообще кому-либо.

Однако хотелось бы высказать некоторые предостережения. До того момента, когда будет достигнуто освобождение, необходима осторожность и тщательное различение, так как не все женщины, упомянутые здесь, имели – или же, в случае современниц, имеют – в равной степени развитое сознание. Это относится и к мужчинам из духовного мира (не все то, что они говорят или делают, непременно является божественной мудростью). Святые могут упорствовать относительно далеко не самых лучших догм, а метафизики могут страдать искажением метафизических принципов. Более того, даже высокоразвитые люди вне зависимости от пола могут иметь какие-либо личностные странности или слабые места в своем характере. Все эти моменты могут быть ошибочно приняты за характерные признаки духовности высокого уровня, в то время как в действительности они не имеет никакого отношения к духовному развитию.

Более того, наивные духовные искатели могут пасть жертвой неразборчивых в средствах духовных учителей, привлекательный и мистифицирующий характер поведения которых соблазняет искателей как образно, так иногда и в буквальном смысле, в виде якобы особого "приобщения к чудесным силам".

И еще несколько слов о тех, о ком я не говорил. Я намеренно не ссылался на женщин языческой и магической традиций, таких, как ведьмовство, астрология, Таро и т.п. Я поступал так потому, что не рассматриваю эти направления в качестве основных духовных традиций. Несомненно, в этих направлениях есть духовно ориентированные женщины, и я ни в коей мере не хотел бы унизить или оскорбить их. И сами эти направления, безусловно, ценны, как ценно все, что способствует углублению самопознания. Но эти направления основываются скорее на Природе, чем на запредельном источнике Природы. И то, что в них называется "собой" (self, "Я"), – это не то, что называется "собой" в религиозных и духовных традициях. Поэтому я не считаю эти направления путями, ведущими к просветлению, так же как я не знаю ни одной просветленной женщины ни в прошлом, ни в настоящем, чей рост происходил бы исключительно в рамках этих традиций.

Говоря это, я должен добавить, что ни в коем случае не претендую на всеведение. Я благодарен за советы и поддержку, оказанную мне некоторыми женщинами, комментировавшими предварительный набросок этого приложения. Я открыт к приятию замечаний тех, которые могут поправить меня в чем-либо, в чем я ошибаюсь, и информировать меня о том, чего я не знаю. К счастью, ситуация с недостатком духовной литературы и примеров для подражания уже начинает исправляться. Есть наши современницы – женщины высокого уровня духовного развития, говорящие и пишущие с позиции глубины своей непросто добытой мудрости. И есть научные исследования, открывающие долгое время бывший неизвестным материал о ранее живших духовных женщинах, – материал, приближающий написанную историю к истории живой. Я надеюсь, что подобные исследования смогут развернуться настолько широко, что приводимый здесь обзор вскоре станет лишь небольшим штрихом в долгой, богатой истории женщин в духовной жизни.

ХРИСТИАНСТВО. В христианской традиции на протяжении ее долгой истории сохранились сведения о многих женщинах – святых и мистиках. Это Жанна д'Арк, несколько Екатерин, блаженная Анжела из Фолигно (Angela of Foligno), Дама Джулиан из Норвича (Dame Julian of Norvich), Мадам Гюйон (Guyon), и св. Тереза Авильская, основатель святого ордена и автор мистического трактата "Внутренний Замок".

Ее имя носит и святая женщина из Калькутты, обладатель Нобелевской премии Мать Тереза Калькуттская. Мать Кабрини – другая женщина, которую многие, рассматривают как современную святую. Женский образец совершенства в христианской традиции – это, конечно же, Святая Дева Мария, чья жизнь служит примером совершенного служения Богу и истоком возникновения самого идеала Мадонны в христианстве. Заслуживает упоминания также Елизавета, мать Иоанна Крестителя. И наконец, "падшая женщина", Мария Магдалина, чья история бескорыстной преданности и служения Иисусу тронула сердца миллионов. Основным первоисточником сведений о святых женщинах в христианской традиции является работа Эвелин Андехилл "Мистицизм" и антология "Женщины-святые – Восток и Запад" (Swami Ghananada, Women Saints – East and West).

ИУДАИЗМ. В истории иудаизма библейского периода есть несколько духовных женщин. Среди них фигуры из древности – Сара, жрица огня, и прорицательница Мириам. Хана признана в иудейской традиции первой молящейся сердцем, говорящей непосредственно и спонтанно с Богом. Има Шалом (Мать Мира) была прославлена своей мудростью во времена римского владычества в Иудее. Говорят, что жили и другие женщины, бывшие поэтами, каббалистами, учеными и прорицательницами. Однако во времена, наставшие после библейского периода, в иудаизме почти не сохранились сведения о женщинах-святых или женщинах-мистиках. Единственная известная в этой традиции женщина – это Ханна Рахиль, называемая также Девой из Лидомира (Maiden of Lydomir). Она была хасидским равви (учителем) в XIX веке, и в ее обязанности входило давать советы мужчинам и женщинам. Благодаря господству патриархата, ей приходилось сидеть за занавеской, когда она беседовала с мужчиной. В XII веке Гаон (Gaon) из Багдада, дочь Самуила Бен Али, стала религиозным авторитетом благодаря тому, что у ее отца не было сыновей, чтобы обучить их. Книга "Женщины-святые – Восток и Запад" упоминает Генриетту Зольд (Henrietta Szold), еврейку, родившуюся в Америке, ставшую святой и посвятившей 60 лет своей жизни спасению жизней других.

ИНДУИЗМ. В индуизме, как и в других индийских духовных традициях, есть довольно обширный список женщин, чьи имена были связаны с Богом, – как живших в древности, так и наших современниц. Это Лалла (Lalla), кашмирская поэтесса и йогин четырнадцатого столетия, которая сочиняла песни, посвященные Богу, и затем пела их на базаре. В XVI веке Мирабаи, поэтесса-святая из Северной Индии, подобным же образом выражала свою преданность Богу в сотнях стихотворений. Монахиня Йогешвари, известная также как Бхайрави Брахмани, была женщиной высокого уровня духовного развития в нашем веке, и она учила тантрической медитации великого йогина Рамакришну. Жена Рамакришны, Шри Сарада Дэви, также была, как говорят, очень возвышенной святой женщиной. В наше время Анандамайя Ма считается одной из индийских святых. Еще две возвышенные женщины в этой традиции – это Шримата Гайатри Дэви из Центра Веданты в Cohasset, штат Массачусетс, описавшая свою историю в книге "Паломничество одной жизни" (Srimata Gayatri Devi, One life Pilgrimage), и Индира Дэви, йогин и соавтор книги Дилипа Кумара Роя "Звездный странник" (Dilip Kumar Roy, Pilgrim of the Stars). Еще один живой учитель, доступный сегодня, – это Свами Шивананда Радха из Ясодхара Ашрама (Yasodara Asram, Kootenay Bay, Британская Колумбия). Ее книга "Радха. Дневник исканий женщины" – это захватывающее описание ее путешествия в Индию в 1955 году, где она была принята в йогический орден.

БУДДИЗМ. Говорят, что было и есть много духовно высокоразвитых женщин, но что они просто гораздо меньше известны, чем мужчины. Хотя Будда не исключал участия женщин в монашеских орденах (буддизм не имел института священства), он запретил женщинам быть странствующими монахинями, после того как одна женщина-монахиня была изнасилована. Орден буддийских монахинь перестал существовать примерно в V веке нашей эры. В китайском буддизме бодхисаттва сострадания Гуань Инь – женщина, хотя и мифическая. Единственными историческими женскими фигурами, привлекшими мое внимание в буддизме, были Ясодхара, или Гопа (жена Будды в то время, когда он еще был принцем), Гаутами (младшая сестра Будды) и несколько других, описанных в уже упоминавшейся книге "Женщины-святые – Восток и Запад". Одна из наших современниц – это настоятельница монастыря Джия Кеннет (Jiyu Kennett) из дзенского монастыря Шаста в МаунтШаста, Калифорния. Она является духовным лидером (роши) нескольких десятков монахов, и она описала свою жизнь в двухтомной книге "Дикий белый гусь" (The Wild White Goose). Другая наша современница – недавно умершая последовательница буддизма Клэр Оуэне (Claire Myers Owens), которая пришла к буддизму в уже немолодом возрасте, но с прекрасной и благородной душой, готовой к сатори. Она описала свой опыт в книге "Дзен и леди" ("Zen and the Lady").

ИСЛАМ. В суфийской традиции, мистическом направлении ислама, есть упоминание только об одной женщине-мистике по имени Рабийя (Rabi'a). В книге "Женщины-святые – Восток и Запад" эта женщина, жившая в VIII веке, описывается как "вдохновляющий пример для всех обычных женщин, которые могут стремиться к высотам духовного совершенства". Тем не менее, возможно, в исламе были и другие женщины, осознающие Бога, но не столь широко известные – на это есть несколько намеков в других источниках. Жена Мухаммеда, Хадиджа, была его первым учеником, и поэтому можно предположить, что она обладала некоторым духовным постижением. Кроме того, в день своей смерти Мухаммед дал наставление своей дочери Фатиме и своей тетке Сафийе (Safiya): "Вы сами должны работать над тем, что принесет вам признание Бога, поскольку я действительно никак не могу повлиять на него, чтобы спасти вас". Это наставление показывает, что они были духовно устремленными женщинами с определенным уровнем постижения Бога.

ДЖАЙНИЗМ. "Женщины-святые – Восток и Запад" отмечает несколько святых женщин в традиции джайнизма, чьи духовные посты предполагали наличие эрудиции и участие в составлении священных текстов. Самой выдающейся из них была Арья Чандана, современница Махавиры, основателя джайнизма. Глубоко религиозная, она стала его первой ученицей и главой ордена монахинь. Другой современницей Махавиры была Джайанти (Jayanti), сестра царя. Она слушала проповеди Махавиры и обсуждала с ним всевозможные духовные проблемы. В итоге она оставила свою жизнь в царском дворце, чтобы стать монахиней. Орден монахинь в джайнизме существует и сегодня.

ТРАДИЦИЯ АМЕРИКАНСКИХ ИНДЕЙЦЕВ. В мифологии американских индейцев фигурирует множество женщин божественной природы, тех, кто помог основать духовные традиции, но я не нашел среди них ни одной исторической личности. Но зато есть наши современницы: Брук "Исцеляющий Орел" (Brooke Medicine Eagle) – шаманка европейско-индейского происхождения; О'Шинна "Быстрый Волк" (O'Shinnah Fast Wolf), чье особенное искусство включает в себя исцеление при помощи кристаллов и драгоценных камней; Твила Хард Нитц (Twylah Hurd Nitsch), внучка последнего шамана Сенека (Seneca); и Вабун (Wabun), урожденная Мэрлиз Джеймс (Marlise James), уэльсского происхождения, которая является партнером "Солнечного Медведя", основателя первого интернационального нью-эйджевского поселения и сообщества целителей.


СОВРЕМЕННЫЕ ДУХОВНЫЕ ТРАДИЦИИ. Словно порывая с историей, современная эпоха демонстрирует распространение духовных традиций, в которых женщины играют ведущие роли. Мэри Бейкер Эдди основала "Христианскую Науку"; Эллен Дж. Уайт была основоположницей Адвентизма Седьмого Дня; Миртли Филмор и ее муж Чарльз основали "Единство"; Алиса Бэйли создала "Школу Арканов"; оккультистка Елена Блаватская была основательницей теософии, а ее преемницей была Анни Безант.

Другая наша современница исключительно высокого уровня развития – француженка Мира Ришар, больше известная как "Мать". В начале нашего века началось ее духовное сотрудничество со Шри Ауробиндо. История жизни Миры Ришар вдохновляет, а содержание ее и Шри Ауробиндо учения, называемого "интегральной йогой" достойно самого глубокого изучения.

Еще одна выдающаяся женщина в сфере современных духовных поисков – это недавно скончавшаяся Муршида Иви О'Дьюс, преемница Мехер Баба и созданной им организации – "Переориентированный Суфизм" (Sufism Reoriented).

Во все еще остающейся новой традиции Да Фри Джона недавно было объявлено, что две женщины этой традиции вступили в седьмую стадию жизни – стадию непосредственного контакта с Сияющим Запредельным Бытием. В честь этого женщинам были присвоены новые имена – Намале-Ма и Нанану-И-Ма. Это имена, заимствованные с Гавайских островов, где эти женщины в то время находились.

Как я уже говорил, не все женщины, упоминаемые здесь, обладали одним уровнем, сознания. Я даю этот обзор с предостережением необходимости такого различения для тех, кто ищет образец женщины для своего собственного духовного развития. Я также хочу подчеркнуть, что имена, перечисленные здесь, – не единственные ориентиры духовности для женщин. Духовность – это видение Бога повсюду, в великом и малом, обычном и экстраординарном, и выражение этого понимания в бескорыстном служении. Когда осознание Бога является чьим-то достижением, тогда все становится божественным, включая мытье посуды, стирку, воспитание детей и другие традиционные формы "женской работы", поскольку все это тоже от Бога, как и весь процесс жизни.

С этой точки зрения не имеет значения, являетесь ли вы простым человеком или королем (королевой). Все, что имеет значение, – это действовать по отношению к миру с любовной заботой, что и есть проявлением вашего истинного "Я", вне зависимости от того, делаете ли вы это тихо, в скромных каждодневных заботах, или же это проявляется у вас в заметных поступках на арене глобальных событий.

Итак, просветление не предполагает ни отказа от мира, ни отречения от традиционных мужских или женских ролей (хотя эти роли и должны быть приняты свободно, без принуждения). Просветление предполагает скорее самопревосхождение. Это и только это является путем к освобождению. Как говорится в буддийских трактатах:

                                   Не с мужским, и не с женским телом
                                   Будет достигнуто просветление.



ЧТО ТАКОЕ ПРОСВЕТЛЕНИЕ?
исследование цели духовного пути
Под редакцией Джона Уайта
Издательство Трансперсонального Института. М., 1996
The Aquarian Press, Wellngborough, Northamptonshire, 1984

Атиша «Светильник на пути к просветлению»



 Атиша Шриджняна Дипанкара(982-1054)

На индийском языке: бодхипатхапрадипам.
На тибетском языке: byang chub lam gyi sgron ma

Поклоняюсь юному бодхисаттве Манджушри!
Поклоняюсь с великим почтением
Победоносным трёх времен,
Их учению и тем, кто стремится к добродетели.
По призыву хорошего ученика Джангчуба О
Я зажгу светильник,
Озаряющий путь к пробуждению.
Пойми, что есть три вида личностей,
Имеющих малые, средние и высшие способности.
Я ясно опишу
Их отличительные черты.
Пойми, что те, кто любыми путями
Ищет для себя всего лишь
Удовольствия сансарического бытия, --
Это личности малых способностей.
Те, кто ищет покоя только для себя,
Отвращаясь от мирских удовольствий
И избегая вредоносных действий,
Называют личностями средних способностей.
Те, кто, постигнув собственные страдания,
Истинно возжелал положить конец
Всем страданиям других существ,
Есть личности высших способностей.
Ради чистейших из живущих существ,
Желающих высшего просветления,
Я объясню превосходные способы,
Преподанные духовными наставниками.
Перед изображениями, статуями и прочими [символами]
Полностью просветлённых существ,
Ступами и превосходными учениями
Подноси цветы, благовония, и всё, что имеешь.
С семичленным подношением
Из Молитвы Самантабхадры,
С помышлением никогда не отступать,
Пока не достигнешь неколебимого сердца просветления,
И с сильной верой в Три Драгоценности,
Преклонив колено на земле,
И сложив ладони,
Сначала трижды прими Прибежище.
Затем, вначале зародив
Любовь ко всем живым существам,
Лицезрей всех без исключения существ,
Страдающих в трёх низших мирах,
От рождения, смерти и так далее.
Затем, желая освободить этих существ
От страдания от мучений,
От страданий и их причины,
Породи в себе нерушимое намерение
Достичь просветления.
Достоинства порождения
Подобного устремления
Полностью разъяснил Майтрейя
В Сутре «Расположения стволов [деревьев]».
Узнав о бесконечных преимуществах
Намерения достичь полного просветления,
Читая эту сутру либо слушая учителя,
Постоянно порождай его, чтобы оно укрепилось.
«Сутра, изложенная по просьбе Вирадатты»,
Полностью объясняет создаваемые этим заслуги.
Теперь же я вкратце
Процитирую лишь три из её шлок.
Если бы рождённые бодхичиттой заслуги
Стали материальны,
Они заполнили бы всё пространство,
Выйдя даже за его пределы.
Если бы некто наполнил драгоценностями
Столько же будда-полей,
Сколько песчинок в реке Ганга,
Желая поднести их Защитнику мира,
Его дар затмили бы сложенные в молитве руки
И обращение ума к просветлению,
Ибо эти деяния безграничны.
Породив устремлённость к просветлению,
Неизменно усердствуй в её развитии,
И, чтобы помнить о ней в этой и будущих жизнях,
Как следует храни разъяснённые тебе обеты.
Без обета действенного намерения
Не взрастёт превосходная устремлённость.
Старайся принять его во что бы то ни стало,
Если хочешь взращивать желание [достичь] просветления.
Те, кто соблюдает любой из семи видов
Обетов индивидуального освобождения, --
Счастливец, который, в отличие от всех прочих,
Может получить обет бодхисаттвы.
Татхагата учил о семи видах
Обета индивидуального освобождения.
Лучший из них – славное целомудрие,
Которое, как сказано, является обетом бхикшу.
Согласно ритуалу, описанному
В главе о дисциплине «Уровней бодхисаттв»,
Прими обет от благого
И обладающего полнотой всех достоинств учителя.
Пойми, что хороший учитель –
Тот, кто искусен в ритуале передачи обета,
Сам соблюдает его, а также
С уверенностью и состраданием его дарует.
Если, однако, все попытки
Найти такого учителя будут безуспешны,
Я объясню другой
Верный способ принятия обета.
Я опишу здесь очень ясно, как разъяснено
В «Сутре украшения чистой земли Манджушри»,
Как, давным-давно, когда Манджушри был Амбараджей,
Он породил в себе стремление к просветлению.
«В присутствии всех защитников
Я порождаю устремлёность к полному просветлению.
Я приглашаю всех существ как своих гостей
И освобожу их от сансары.
Отныне и до тех пор, пока
Я не достигну просветления,
У меня не будет помыслов о причинении вреда,
Гнева, алчности и зависти.
Я буду жить в целомудрии,
Откажусь от проступков и вожделения,
И, радуясь обетам дисциплины,
Освою [путь] последователей будд.
Не стремясь достичь просветления
Как можно быстрее,
Я останусь позади до самого конца
Ради блага каждого существа.
Я очищу бесчисленные,
Неохватные умом земли,
И пребуду в десяти сторонах света
Ради всех тех, кто призывает моё имя.
Я очищу все деяния
Своего тела и речи.
Также очищу все движения своего ума
И не совершу ни единой недобродетели.
Когда те, кто хранит обет действенной бодхичитты,
Как следует освоят три вида дисциплины,
Возрастёт их почтение к этим трём сводам этических правил,
Что станет причиной очищения тела, речи и ума.
Итак, бодхисаттвы, усердствуя в своих обетах
Ради чистого, совершенного просветления,
Всецело завершат накопления [заслуг и мудрости],
[Необходимые] для полного просветления.
Все будды говорят, что причина завершения
Накоплений, чья природа –
Благие заслуги и высшая мудрость,
Лежит в развитии сверхпознания.
Так же, как птица с неразвитыми крыльями
Не может взлететь в небо,
Лишённые могущества сверхпознания
Не способны трудиться ради блага живущих.
Заслуги, созданные лишь за день
Тем, кто обладает сверхпознанием,
Не накопить даже за сотню жизней
Тому, кто его лишён.
Те, кто желает быстро завершить
Накопления, [необходимые] для полного просветления,
Обретут сверхпознание
Благодаря упорному труду, но не лени.
Без обретения безмятежности
Не достичь и сверхпознания.
Поэтому вновь и вновь усердствуй
В осуществлении безмятежности.
До тех пор, пока не хватает условий
Для обретения безмятежности,
Однонаправленного сосредоточения не достичь
Даже за тысячи лет усилий в медитации.
Итак, как следует соблюдая условия, упомянутые
В «Главе о своде [предписаний] для сосредоточения»,
Направь свой ум на любой
Из добродетельных объектов.
Когда йогин обретёт безмятежность,
У него также будет и сверхпознание.
Но без практики совершенства мудрости
Ему не побороть омрачения.
Итак, чтобы пресечь все препятствия
К освобождению и всеведению,
Йогин должен постоянно развивать
Совершенство мудрости и искусные средства.
Мудрость без искусных средств,
Так же, как искусные средства без мудрости,
Называют оковами.
Поэтому не отбрасывай ни то, ни другое.
Чтобы устранить все сомнения о том,
Что такое мудрость, и что такое искусные средства,
Я проясню, в чём состоит различие
Между первым и вторым.
За исключением совершенства мудрости
Все добродетельные практики, такие как
Совершенство даяния,
Победоносные называют искусными средствами.
Любой, кто, освоив искусные средства,
Совершенствуется в мудрости,
Быстро достигнет просветления –
Не только медитируя на бессамостность.
Понимание пустоты от самобытия
Вследствие осознания того, что скандхи, дхату и аятаны
Лишены порождения,
Называют мудростью.
Существующее не может быть порождено,
Как и несуществующее, например, небесный цветок.
Обе эти ошибки абсурдны, и поэтому
И того, и другого вместе так же не бывает.
Вещь не возникает ни из самой себя,
Ни из иного, ни из того и другого вместе,
Так же она не возникает беспричинно, и потому
Лишена природного, самосущего бытия.
Более того, если исследовать все явления
На предмет того, единичны они или множественны,
В них не найти собственной природы
И поэтому доказано, что они лишёны самобытия.
Обоснования в «Семидесяти строфах о пустоте»,
«Трактате о Срединном пути», и так далее,
Объясняют, что пустота
Есть природа всех вещей.
Трактаты изобилуют подобными доводами,
Но я не привёл здесь все эти цитаты,
Разъяснив лишь окончательные выводы,
Полезные для медитации.
Итак, любая медитация на бессамостность,
Если в ней не находишь самосущей природы
Ни в одном явлении,
Есть развитие мудрости.
Так же, как мудрость не видит
Самобытия ни в одном явлении,
Подвергнув саму мудрость логическому анализу,
Медитируй на это без умопостроений.
Природа этого сансарического бытия,
Возникшего из умопостроений, --
Мысленные измышления. Поэтому уничтожение
Всех измышлений – высшая нирвана.
Как сказано Бхагаваном, великое неведение умопостроений
Ввергает нас всех в океан сансары.
Во время пребывания в безмысленном самадхи
Проявляется ясное безмыслие, подобное пространству.
Сказано, что, когда бодхисаттвы безмысленно созерцают
Это превосходное учение,
Они превзойдут измышления ума, которые столь трудно побороть,
И в итоге обретут состояние-без-умопостроений.
Убедившись на основе писаний
И логических доводов в том, что явления
Не возникают и не имеют самобытия,
Медитируй без умопостроений.
В силу подобного созерцания реальности,
В конечном итоге, после достижения «жара» и прочих [уровней],
Достигнешь «великорадостного» и всех остальных,
И, вскоре, состояния будды.
Если желаешь без труда завершить
[Необходимые] для просветления накопления [заслуг и мудрости]
Посредством достигнутых силой мантры
Деяний умиротворения, приумножения и прочих,
А также в силу восьми великих достижений,
Таких как «благой сосуд», --
Если желаешь практиковать тайную мантру,
Как разъяснено в тантрах действия и поведения,
То, для получения посвящения наставника,
Ты должен радовать святого духовного учителя
Служением, ценными дарами и прочим,
А также послушанием.
Получив полное посвящение наставника
От довольного тобой духовного учителя,
Ты очистишься от всех проступков
И станешь пригоден для обретения мощных свершений.
Поскольку это строго запрещено
В «Великой тантре изначального Будды»,
Соблюдающие целомудрие не должны получать
Посвящения «тайное» и «мудрости».
Если те, кто соблюдает аскезу целомудрия,
Примут эти посвящения,
Они нарушат свои обеты аскетов
Совершением неположенного.
Этот проступок станет падением
Для соблюдающих правила дисциплины.
Поскольку они, без сомнения, падут в низшие миры,
То никогда не обретут духовных свершений.
Если тот, кто получил посвящение наставника
И обладает знанием реальности, слушает или объясняет тантры
И совершает ритуалы сжигаемого подношения,
Либо подносит дары и прочее,
В этом нет ошибки.

Я, Старейшина Дипанкарашри,
Увидев эти объяснения в сутрах и других учениях,
Вкратце изложил их [в данном руководстве]
По просьбе Джангчуба О.


Колофон

На этом завершёно сочинение «Светильник на пути к пробуждению» Ачарьи Шриджяны Дипанкары. Его перевёли, обработали и утвердили [в окончательном варианте] сам этот прославленный индийский настоятель и великий редактор, переводчик и бхикшу Гевей Лодро. Это учение было написано в храме Тхолинг в Шанг Шунге.
На русский язык перевела Майя Малыгина, Дхарамсала, август 2008, для учений Его Святейшества Далай-ламы 4-6 августа 2008 г.
В работе над русским переводом были использованы тибетский оригинал, а также перевод на английский язык Рут Сонам.